ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПОВЕДЕНИЯ ФИЛИНА ПРИ ОХОТЕ НА ЗАЙЦА-БЕЛЯКА (ВЕРХНЕЕ ПРИАНГАРЬЕ)

Ю. И. Мельников
Иркутск, Россия

III конференция по хищным птицам Восточной Европы и Северной Азии: Материалы конференции 15-18 сентября 1998 г. Ставрополь: СГУ, 1999. Часть 2. C. 105-108.

На территории Верхнего Приангарья филин является достаточно обычным видом и отмечался многими исследователями (Устинов, 1983; Рябцев, 1991; Фефелов, 1997). Обычно селится по каменистым обрывам и скальным останцам среди редко посещаемых человеком участков леса. Мы находили гнезда на южных крутых щебнистых и песчаных склонах распадков с разреженным лесом, нередко прилегающих к ельникам или заболоченным и озерным поймам рек. В Забайкалье (дельта р.Селенги) филин селится по сухим гривам, поросшим ивняком, расположенным среди озер и болот (Мельников, 1984). Средняя плотность гнездования колеблется от 0,1-0,2 до 3 пар на 100 кв.км. Максимальная известная плотность в гнездовой период - 5 пар на 100 кв.км. Филин - типично ночной хищник. Однако, наблюдения за его поведением показывают, что он нередко охотится в дневное время (пасмурные дни). При многолетних наблюдениях (с 1965 г. по 1996 г.) в пойме р.Оки у с.Барлук Куйтунского района Иркутской области выявлен ряд особенностей охотничьего поведения филина, практически неизвестных широкому кругу исследователей.
Состав добычи филина очень разнообразен и включает практически все виды позвоночных животных, обитающих на территории его охотничьих участков (Рябцев, 1991; Белянкин, 1994; Кучин, 1994; Нечаев, 1994; Прокофьев, 1994). Обычно основу кормового рациона этого хищника составляют наиболее многочисленные и доступные виды, встречающиеся в пределах этого участка обитания. Однако, в ряде случаев, отмечается довольно узкая кормовая специализация филина, связанная с добыванием определенных, как правило , наиболее обильных, видов жертв. При разборе его погадок, собранных у гнезд, нами выявлены пары, питающиеся в период выкармливания птенцов, почти исключительно обыкновенной белкой, особенно в периоды резкого повышения ее численности. Кроме того, при гнездовании в пойменных ельниках, прилегающих к обширным и богатым водно-болотным угодьям, отмечены случаи питания филина только ондатрой и полевкой-экономкой. Однажды, на южном склоне приречной террасы, в районе обширных зарастающих вырубок, нами было найдено гнездо, погадки у которого содержали исключительно остатки бурундука, с небольшой долей белки и красно-серой полевки. Доля птиц в рационе вида в этом районе невелика, хотя их остатки у его гнезд встречаются постоянно.
Заяц-беляк является для филина крупной добычей и чаще всего его жертвами становятся зайчата и молодые особи. Однако в зимнее время иногда встречаются остатки зайцев, добытые филином. За все время наблюдений нами зафиксирован только один случай явной специализации филина на добыче данного вида. В 1980 г., отличавшимся очень высокой численностью зайцев-беляков (на отдельных участках плотность вида достигала 300-350 ос/га), встречен филин, охотившийся исключительно по кромке пойменного ельника и сосняка рододендрового с густым подсадом из молодых елочек и сосенок (до 2,0 м высотой). Его добычей служили только зайцы-беляки, остатки которых, с характерными следами борьбы на месте поимки, нередко находили (шесть случаев) на данном участке приречного комплекса р.Оки. Филин очень часто охотился в светлые сумерки, облетая охотничий участок площадью около 6-8 кв.км. В удобных местах с разреженным подростом он присаживался на макушки деревьев и издавал крик, грубо напоминающий лай собаки. С одного места птица повторяла его не более 2-3 раз и перелетала на следующую присаду. Тактика охоты была построена так, чтобы выпугнуть беляка из укрытия и схватить его на открытом месте. На поимку зайца-беляка филин затрачивал от 1,5 до 4,0 часов, начиная охоту со второй половины дня и последовательно облетая подходящие места. Его характерный пугающий крик был хорошо и далеко слышен. Окончание охоты легко определялось по крику схваченного зайца.
На более разреженных участках соснового леса филин выслеживал зайцев, ориентируясь по следам их жизнедеятельности. В серый день со сплошной облачностью (после снегопада) около 3-х часов дня был обнаружен охотящийся филин. Двухчасовыми наблюдениями были зафиксированы перелеты филина от одной присады к другой на протяжении 5 км. Зайцы после снегопада лежали плотно и следы их были редки. Все присады филин делал в районах их жировок, от которых они уходили на ╚дневку╩. В лесистой местности это расстояние, как правило, невелико. Финал охоты прослежен полностью. Примерно в 150 м от места наблюдения филин обнаружил жировку и, сделав два облета, сел на сосну около 15-20 м высотой. Он издал характерный пугающий крик два раза, после чего резко кинулся вниз и поймал зайца. Заяц-беляк успел пробежать не более 6-8 м. Судя по следам на жертве, птица сломала ее когтями шейные позвонки и повредила основание черепа. Лежка фактически была найдена филином по следам на свежей пороше, идущим от места жировки.
Несомненно, это крайне специфичный и редко встречающийся способ охоты филина на крупных животных. Такая тактика, вероятно, могла дать положительный результат только при очень высокой численности жертвы. На подобные крики филина неоднократно указывали охотники. Кроме того, более широкое распространение этого способа охоты подтверждается сведениями, полученными от А.В.Шинкаренко (устное сообщение), в районе д.Батхай (Эхирит-Булагатский район Усть-Ордынского бурятского национального округа).